понедельник, 28 ноября 2016 г.

Голубь с железными крыльями украсил место исторического памятника воздвигнутого русскому герою в Костроме

О былом художественном облике старинного города напоминают красивые фотографии и описания Г. и В. Лукомских. Веками наши предки формировали выразительный образ города и этот образ советская власть начиная с 1930 г. планомерно разрушает.
На кладбищенского вида сварном столике голубь с железными крыльями украсил место исторического памятника воздвигнутого русскому герою.

Тебе ль чугун, тебе ли мрамор ставить,Сусанин доблестный и верный гражданин,Святой Руси достойный сын?Тебя ли можем мы чрез памятник прославить?Увековечим ли тебя в стране твоейДеяньем рук и грудами камней?Чугун растопится… полудня мрамор белыйРаздробят долгие морозы русских зим…/ Е. П. Ростопчина/
Обелиск с портретами вождей, воздвигнутый на старом постаменте.
Фотограф Д. И. Пряничников. 1920, 1 мая.
Известную работу В.И. Демут-Малиновского разрушили не морозы, а костромские вандалы в 1918—1925 годах http://susanin.kostromka.ru/199.php

суббота, 26 ноября 2016 г.

Город Кострома в его прошлом и настоящем

Протоиерей Иоанн Сырцов


Uspensky and Bogoyavlensky cathedral
 Костромской кафедральный Успенский собор

Костромской кафедральный Успенский собор стоит во главе многочисленных костромских храмов уже больше 600 лет {а} и занимает лучшее место в городе. Стоит он на левом, довольно крутом берегу реки Волги; виден далеко со всех сторон и особенно – сверху и снизу Волги; выдается среди всех городских церквей и зданий своей массивностью и красотой архитектуры. В общем, издали собор представляет группу следующих, тесно соединенных между собой каменных зданий: два соборных храма – Успенский пятиглавый, летний, и Богоявленский, зимний, с большим куполом, одноглавый; при последнем 30-саженная колокольня с большим, тысячным и множеством мелких благозвучных колоколов; два каменных двухэтажных дома и флигель. Все это обнесено высокой каменной оградой с несколькими башнями и красивыми железными решетчатыми вратами. Из ограды чрез стены выглядывает зелень густых садов. Все это составляет кремль древнего губернского города Костромы и служит красой города.

Успенский соборный храм считается современным явлению близ города Костромы святого чудотворного образа Божией Матери, известного под именем Феодоровского, а это явление произошло во второй половине XIII века при костромском великом князе Василии Ярославиче, прозванном Квашней. В повествовании о явлении Феодоровской иконы Божией Матери между прочим говорится, что великий князь Василий однажды вышел из Костромы со святой явленной иконой против внезапно появившихся у стен костромских полчищ татарских и, победоносно отразив их, «повеле устроити церковь соборную каменную во имя Пресвятыя Богородицы, честнаго и славнаго Ея Успения. В той бо день (15 августа) принесена бысть икона Богородицына во град Кострому святым великомучеником (с. 15) Феодором Стратилатом». Явление святой иконы Феодоровской историки относят или к 1259-1262, или же к 1272-1274 годам, когда князь Василий Квашня проживал в Костроме. Нашествие же татар было спустя после этого некоторое время, может быть, несколько лет, так как за это время два раза сгорела деревянная соборная церковь святого Феодора Стратилата, где стояла явленная чудотворная икона. Следовательно, повеление о построении Успенского храма последовало никак не раньше 1259 года и не позже 1274 года. К этому времени необходимо прибавить еще несколько лет, нужных на построение довольно большого, богатого и по тогдашнему времени редкостного храма. Отсюда прямой вывод тот, что Успенский храм построен в конце XIII века и никак не позже начала XIV века. В течение шести столетий храм этот не раз подвергался пожарам; особенно он опустошен был страшным пожаром 18 мая 1773 года; но до конца никогда не был истреблен и сохраняет снаружи и внутри в общем тот вид, какой получил при постройке. На восстановление собора в прежнем виде после пожара 1773 года императрица Екатерина II отпустила 12 000 рублей. Но и сами костромичи не жалели и не жалеют никаких жертв для того, чтобы сохранить эту древнюю, драгоценную святыню.

Впрочем, Успенский собор славен и привлекателен не одной исторической древностью. Он не менее привлекателен и как место пребывания чудотворной Феодоровской иконы Божией Матери. На поклонение этой святой иконе целые столетия беспрестанно идут в собор массы народа в праздники и простые дни. Эта святая икона явилась помянутому Василию Квашне, великому костромскому князю {b}, во время его охоты в лесу на окраине города, где теперь храм Спасо-Запрудненский, обращенный в прошлом столетии {с} из мужского монастыря.

Богоявленский соборный теплый храм с колокольней устроен в 1776-1791 годах вместо прежнего деревянного Троицкого {d}, сгоревшего в 1773 году.

Город Кострома в его прошлом и настоящем. Составил протоиерей И.Я. Сырцов. Кострома, 1909, с. 14-15.


[Примечания составителя:]
а. И в этой работе, и в других своих сочинениях отец Иоанн последовательно излагает версию построения каменного собора в XIII веке.
b. Даже с учетом того, что Василий Ярославич, став великим князем, продолжал жить в Костроме, такое выражение выглядит некорректно.
c. То есть в XVIII веке.
d. В действительности Троицкий соборный храм был каменным.

Успенский собор

Успенский собор
Успенский собор не сохранил, конечно, живописной росписи, украшавшей стены его до пожара (теперешняя живопись на стенах его относится уже к концу XVIII века, то есть ко времени перестройки собора).

Историю возобновления собора можно читать на особом большом клейме на внутренней западной стене собора, с левой стороны от входа. Здесь говорится о том, что во время пожара 18 мая 1773 года удалось спасти в числе девяти икон и Феодоровскую икону , что возобновление храма началось в 1775 году и было закончено в 1778 году и что иконописные изображения в нем писали 17 человек иконописцев-ярославцев. Но живопись эта, быть может и неплохая, была значительно испорчена в 1855 году во время подновления и затем снова в 1882 году при промывке стенописи. Нынешние фрески ясны, отчетливы, но малохудожественны. Сюжеты их, однако, представляют некоторый интерес образностью понимания разных событий и характеристикой художественных эпох. Возможно, что и прежний порядок живописи не был оставлен без внимания: многие картины, по-видимому, написаны по начертаниям, сделанным на стене резцом, что было в XVII веке обычным приемом. Теперь, однако, от этих борозд не осталось никаких следов.

Расписывался собор, очевидно, по заранее предначертанному плану. Первое место занимают картины из Ветхого (в паперти галереи) и Нового (внутри храма) Завета. Галерея расписана на средства купца Ашастина . Ряд картин, изображающих историю явления и чудеса иконы Феодоровской Божией Матери и призвание на царствование Михаила Феодоровича, имеют некоторый интерес сюжета, несмотря на исправление живописи, предпринятое купцом Солодовниковым в 1887 году. Особенно подробно и наглядно изображены все отдельные моменты явления и чудес Феодоровской иконы. Эти сюжеты заполняют стены с южной стороны галереи.

Последовательно здесь изображено, как Феодор Стратилат в день Успения носит икону по городу, как князь Василий в лесу увидел икону; далее изображено: перенесение ее в Кострому, пожар в храме Феодора Стратилата, где первоначально была помещена икона, выход с иконой из Костромы против нашествия татар, битва с татарами за рекой Костромой у Святого озера и разные чудеса исцеления. Особенно занятны по наивности изображения моменты поднятия иконы в воздух во время вторичного пожара в храме и чудеса исцеления.
Затем представлен Василий Квашня с конной свитой и собаками *); на соборном перенесении иконы в Кострому изображен роскошный город (Кострома?) с кремлем; на заднем плане собор с золотыми главами, причем ворота в соборную ограду (1767 года) скопированы с натуры; а в изображении одного из чудес написана грандиозная крепость, на стенах, в амбразурах пушки и воины с ружьями и пиками.

*) Прекрасное по живописным своим достоинствам изображение видения Квашне иконы находится в полукружии киота на левой стене Христорождественского летнего храма.

Картины избрания Михаила Феодоровича на царство по трактовке сюжета скучнее; здесь видно подчинение трафарету сюжета, изображенного в издании царя Алексея Михайловича в Москве. Роспись внутри храма имеет еще меньше художественного или исторического значения. Здесь нет уже никаких следов росписи 1775 года.

Вообще внутренний вид собора архитектурно значительно менее интересен, нежели наружный.

Иконостас собора пятиярусный, с витыми колоннами, богатыми карнизами и резьбой на золотом поле. Он был устроен в 1773 году после пожара и освящен епископом Павлом в 1778 году. Позолота его подновлена в 1885 году, в остальном он остается без изменений. Главная святыня собора – большая Феодоровская чудотворная икона XIII века. Она находится слева от царских врат. Малая Феодоровская икона – подарок царя Михаила Феодоровича – помещается над северным входом в алтарь. Первая длиной 1 аршин 2 1/2 вершка, шириной 12 вершков; она имеет рукоять, указывающую на то, что в Городце – первоначальном месте ее нахождения – она была запрестольной иконой. Краски иконы сильно потемнели и, видно, справлены были неоднократно. Малая икона Феодоровской Богоматери Успенского собора (6х6 вершков) с богатым нимбом, в серебряном окладе и с цатой, богато украшенной жемчугом. Внизу ее на серебряной дощечке подпись: «Сей образ Пресвятой Богородицы Феодоровской пожаловал вкладу в Костромской в Успенский собор Государь царь Михаил Феодорович, всея России». На окладе подпись сбоку: «Построен оклад сей в 1769 году». Очевидно, оклад иконы и некоторые украшения не современны самой иконе *). Третья (в соборе) икона Феодоровской Богоматери – в деяниях.

*) Воспроизведение ее имеется в «Вестнике археологии и истории» издания Императорского Археологического института за 1909 год, таблица ХХ.

В ризнице (истребленной пожаром в 1773 году) хранится евангелие (в большой александрийский лист) печати 1698 года, с замечательными по отделке изображениями евангелистов. Две привески к чудотворной иконе унизаны по золотой фольге крупным жемчугом с золотыми кольцами и колодками; на них надпись: «Сии рясны – подарок царя Михаила Феодоровича, в пятое лето государства своего». Есть здесь еще другая прелестная жемчужная риза Феодоровской (XIII века) иконы, украшенная драгоценными камнями (золотая риза на этой иконе сделана в 1805 году); хороши еще иконы Толгской Божией Матери, Тихвинской Божией Матери и другие менее интересные, но относящиеся несомненно к XVII веку.

Икона Иоанна Богослова написана «при державе царя и великаго князя Иоанна Васильевича всея России самодержца в лето от Рождества Христова 1559». «Подпись эта, – говорит профессор Покровский, – быть может исправлена, а быть может и сделана вновь в XIX веке, но икона сохранила на себе следы древности, если не XVI, то XVII века». К концу XVIII века отнести можно икону Николая Чудотворца. Любопытен храм, который держит в руке святой, и написан [храм] в стиле московской архитектуры XVII века; здесь же изображена часть кремлевской стены с башнями. Интересны большая икона с 171 изображением явлений Богоматери; подпись: «Писал сей образ иконописец Дмитрий Васильев Серебряков в 1794 году»; Деисис XVII века и прекрасной работы икона Казанской Божией Матери, по Н.В. Покровскому, написанная в манере царских иконописцев конца XVII века и также считающаяся даром царя Михаила Феодоровича *).

*) Воспроизведение ее имеется в «Вестнике археологии и истории» издания Императорского Археологического института за 1909 год, таблица ХХ.

Над южными алтарными вратами находится икона Владимирской Божией Матери с цатой и в венце, и с окладом 1698 года.

В соборной ризнице интересны и иные рясны и цаты, но особенно хороша вышеупомянутая вторая риза чудотворной иконы Феодоровской Божией Матери. В приделе Феодора Стратилата интересны две иконы: одна, писанная в 1552 году при Иоанне Грозном, и другая икона Николая Чудотворца XVI века. В новом Богоявленском соборе прекрасен лишь осеняльный крест XVIII века.

Имена строителей XVII и даже XVIII века, воздвигавших здания в провинции, вообще трудно определимы. Напротив, имена живописцев, закрепленные на клеймах, ставившихся при окончании работ по росписи храмов, дошли до нас, и мы знаем десятки имен лучших мастеров-изографов и их помощников, и даже купцов, жертвовавших на построение церквей; мы знаем даже имена священнослужителей, при которых совершено было освящение храмов, но имен зодчих – казалось, никому никогда не нужных – мы не знаем совсем. Долгое время поэтому и в Костроме некоторые постройки конца XVIII века, не законченные еще до учреждения губернских присутственных мест, когда зарегистрированы были уже по крайней мере имена служивших зодчих – приписывали (например, сооружение Богоявленского собора) Растрелли. Однако данные выяснили, что строителем Богоявленской колокольни и собора был простой мещанин посада Большие Соли Степан Воротилов, которому в награду за добросовестное исполнение работ и построение собора приказано было дать 15 рублей. Быть может, не Воротилову принадлежит выработка проекта собора и колокольни. Скорее его провинциальному вкусу свойственны были бы такие курьезы, как «Триумфальные ворота» (если и они построены им), – но все же знание и талант осуществителя постройки настолько велики, что могут дать право причислить и его к таким же самородкам-зодчим, как и некий Гезель Иоанн Жуков, который, по исследованию профессора Голубцова, построил колокольню Троице-Сергиевской лавры еще в середине XVIII столетия *). Самое здание собора построено вместе с колокольней всего за 12 000 рублей (!) на месте древнего сгоревшего Крестовоздвиженского монастыря в 1776-1791 годах, является зимним при Успенском соборе.


*) Колокольню, кстати сказать, ставшую в свое время моделью для многих возникших впоследствии и схожую с теми, которые приписывались почему-то упорно всеми архитектору Растрелли (колокольни Троицкого монастыря в Чернигове, Киево-Печерской лавры, Тульского, Вятского и Козелецкого соборов и другие).

пятница, 25 ноября 2016 г.

Схема древних курганов в пределах костромского поволжья


Пояснение к карте этнографических регионов Костромского Поволжья
  1. ориентировка погребенных на северо-запад
  2. ориентировка погребенных на север
  3. погребение на зольно-угольной прослойке
  4. волочильные стеклянные бусы
  5. ромбощитковые височные кольца
  6. браслетообразные височные кольца
  7. ориентировка погребенных на юго-запад
  8. ориентировка погребенных на юг
  9. ориентировка погребенных на юго-восток
  10. своды или заливка
  11. зольно-угольная прослойка в насыпи
  12. погребение сидя
  13. погребение в скорченном положении
  14. насыпи конические и усеченно-конические
  15. орнамент типа ромбощитковых
  16. ориентировка погребенных на восток
  17. деревянные конструкции
  18. зольно-угольная прослойка в насыпи и кострище над погребением
Первоисточник нам сообщает, что в околокостромском Поволжье было раскопано свыше полутора тысяч курганов. Материалы которых неоднократно привлекались исследователями для решения исторических вопросов и прежде всего проблемы славяно-финских отношений в эпоху древнерусской народности. Использовались в основном важные вещевые инвентари, а сами детали погребальной обрядности до этих пор не подвергались специальному анализу.

пятница, 18 ноября 2016 г.

История рода В.В. Розанова

Сергиев Посад, Черниговский скит. На первом плане могила В. В. Розанова. Второй крест — над могилой К. Н. Леонтьева.
Василий Васильевич Розанов родился в городе Ветлуге Костромской губернии 20 апреля 1856 года. Философ, писатель, публицист — он сказал своё слово так мощно и необычно, что без него история русской культуры была бы не полной. В блестящей плеяде мыслителей Серебряного века он занимает одно из первых мест, а по оригинальности мысли и писательскому дару, пожалуй, не имеет равных. «Розанов сейчас первый русский стилист... — отзывался о нём Николай Александрович Бердяев — ... Он гениальный выразитель какой-то стороны русской природы, русской стихии. Он зародился в воображении Достоевского и даже превзошёл своим неправдоподобием всё, что представлялось этому гениальному воображению». Семья, пол, религия — основные вопросы философии Розанова. Анализируя проблемы пола, — предвосхитил теорию Фрейда, вглядываясь в «темные лики» христианства, — сравнялся в оценке и отрицании его с Ницше, в минуты же величайшего духовного откровения писал: «Всю жизнь посвятить на разрушение того, что одно в мире люблю: была ли у кого печальнее судьба...», «Боже! Боже! В душе моей вечно стоял монастырь».
По иронии или по милости судьбы последнее христоборческое произведение — «Апокалипсис нашего времени» — создал он в Сергиевом Посаде, осененный близостью Троице-Сергиевой лавры. Сергиев Посад, дом священника Беляева — последний адрес русского мыслителя. 5 февраля (23 января) 1919 года его не стало. Похоронен В. В. Розанов в Черниговском скиту рядом с философом К. Н. Леонтьевым.
Литературное наследие В. В. Розанова велико. Сам писатель, составляя в 1917 году план «полного собрания сочинений», свёл все, в том числе и незаконченные произведения, в 50 томов. Почти восемьдесят лет план лежал невостребованным в архиве писателя. Сегодня Розанова читают, сегодня его печатают, и есть надежда, что полное собрание сочинений всё-таки состоится.
В конце XVIII века прадед В. В. Розанова — Никита Иванов — служил вторым иереем Николаевской церкви села Ни-коло-Ширь Кологривского уезда (ныне Парфеньевский район). В 1797 году старший его сын — Климент Елизаров заканчивал Костромскую духовную семинарию, а младшие — Алексей и Фёдор — приехали поступать в первый класс. На прошении Климента Никитича о принятии братьев в семинарию консисторией определено: «... означенных поповых детей ... отослать в Костромское семинарское правление при Указе, где и быть им на коште показанного отца».
До 1814 года курс обучения был рассчитан на 12 лет и включал богословские, философские, математические науки; словесность, географию, историю; из языков — греческий, латынь, древнееврейский. Редкий семинарист мог овладеть знаниями в положенное время. Многие оставались в классе на 2-3 срока: одни «по непонятливости», другие «по лености», третьи — «по малолетству». В числе последних был дед В. В. Розанова — Фёдор Елизаров, поступивший в семинарию семилетним мальчиком. Долгих шестнадцать лет пробыл он на «семинарских хлебах», наконец, в 1813 году получил аттестат и был назначен «во диаконы Ильинской церкви села Ильинского Кологривского уезда».
К тому времени старший брат его, Климент Никитич, уже четырнадцать лет исправлял должность надзирателя за благочинием 1-го округа Солигаличского духовного правления и служил священником в той же Ильинской церкви. Образованный, исполнительный, ответственный, он пользовался уважением прихожан и в правлении, а для младшего стал опорой и примером. Три года они служили вместе, а в 1816 году Фёдор Никитич был рукоположен в священника и определен к Богородицкой церкви села Матвеева, отдаленного от Ильинского 8-ю верстами. В этом селе Ф. Елизаров прожил большую часть жизни, здесь родился и провел детские годы отец В. В. Розанова — Василий Федорович Розанов.
Ильинская церковь с. Ильинского.
Елизаровых см. в поколен. росп. Елизаровых — Розановых и материалах к поколенной.
Матвеево, крепкое большое село, расположено возле речки Вохтомы близ почтового тракта из Галича в Кологрив. На высоком месте «тщанием прихожан» была поставлена церковь, и купола её были видны издалека. В воскресные и праздничные дни к храму стекался народ. Особенно многолюдно было осенью, по окончании полевых работ, и зимой, когда с заработков возвращались отходники. Приход был большой — до тридцати деревень, а прихожан около трёх тысяч.
Преемники Фёдора Никитича, священники Николай Пти-цын и Василий Арсеньев, в отчётах епископу писали, что люди их прихода к богослужению относятся «благоговейно, с охотою слушая произносимые поучения». Не проявляя «особенных подвигов человеколюбия», имеют «друг к другу большое сочувствие»: в неурожай поддерживают бедных, погорельцам помогают отстроиться, для умерших приготовляют гроб — «безмездно», «не требуя за это никакого угощения». Нищих не обижают, особенно жалеют «калек перехожих и слепых, распсна ющих песни из разных Священных книг ...»
Село Матвеево. Фото А. С. Крылова, ок. 1960 г.
Вместе с тем, несмотря на увещевания духовных пастырей, женское население тайно бегало к колдунам и ворожеям, верило в мертвецов, что «по ночам встают из гробов», суеверно боялось ведьм, водяных, домовых ... Мужчины любили выпить и крепко сквернословили — за последнее на особенно отчаянных налагали епитимью: три земных поклона за каждое «гнилое слово». На исповеди «важные грехи утаивали», открываясь в них лишь «во время опасной болезни» и «при приближении смерти».
В целом, матвеевские крестьяне были «просты, кротки ... терпеливы и трудолюбивы».
В 1819 году указом консистории отец Фёдор был назначен старшим священником церкви. «К должности рачителен, поведения отличного, нравов кротких», — рекомендовал его начальству благочинный округа Климент Елизаров. Эта характеристика мало чем отличалась от других, ежегодно подаваемых в Солигаличское духовное правление: «кроток», «честен», «проповеди говорит хорошо», «катехизис знает изрядно». Справедливо выделяя добродетели брата, кое в чём благочинный всё же переусердствовал. С 1827 года Федор Никитич состоял «в консистории под следствием по жалобе ярославского купецкого сына Чарышникова», который, несправедливо обвинив Фёдора Никитича «в умышленном удержании, якобы, его, Чарышникова, колоколенной меди», в ответ был так уязвлён словами, что, несмотря на несостоятельность претензий, подал -таки в суд на злоязычного священника. А уроженец села Матвеева, церковный историк Е. Е. Голубинский, пишет прямо: «Начальный наш иерей ... был человек очень смелый, не робевший и самого архиерея. Во всю мочь и нисколько не церемонясь, он обличал и расписывал побирошество и обирошество приказных ...».
В 1824 году Фёдор Никитич по избранию Костромской духовной консистории был определён депутатом при одиннадцати церквях. Депутаты снимали показания с духовных лиц, уличённых в уголовных преступлениях, присутствовали на чинимых консисторией по случаю нарушений следствиях, участвовали в епархиальных съездах духовенства, заседаниях земских учреждений, способствовали распространению образования в подопечных приходах. Круг забот отца Фёдора ширился. Отказываясь от опеки над имением умершего священника, он уже просил поиметь в виду, что «при показанной Рождественской церкви я нахожусь начальником ... исполняю должность депутатскую ... по дальности прихода моего, часто отвлекаем бываю для исполнения треб мирских ... наконец, имею у себя четырех детей малолетних, за коими должен иметь неусыпное попечение в их воспитании, занимаясь при том и хлебопашеством ...».


Хлебопашеством священнослужители занимались из крайней необходимости. Постоянного оклада на содержание их не отпускалось, а с мирских треб, даже в большом приходе, прожить было невозможно. Пастырский труд совмещали с крестьянским, но это не всегда приносило достаток в дом. В ведомости о церкви Фёдор Никитич так и писал — земли усадебной «для пропитания церковнослужителей и постройки их домов недостаточно», а «сею землею владеют [они] сами, и возделывают оную сами же, от чего получают скудное для себя пропитание с семействами своими». 

суббота, 12 ноября 2016 г.

Николаевская Бабаевская общежительная пустынь

Николаевская Бабаевская общежительная пустынь находится на правом берегу Волги, при впадении в оную реки Солоницы, верстах в трех от посада Большие Соли. Основание монастыря произошло по случаю явления на этом месте иконы св. Чудотворца. Он существовал уже в 1621 году. Название свое получил от бабаек, употребляемых вместо рулей или весел при сгонке плотов. Промышленники, доведя плоты Волгою до реки Солоницы и не имея в бабайках более надобности, оставляли оные при начинавшейся обители; из них-то, говорят, построена первоначальная церковь.
Прекрасные строения монастыря показывают усердие посещающих его богомольцев. В соборе находятся явившаяся икона св. Николая Чудотворца и часть мощей сего угодника, принесенная в дар светлейшим кн. Потемкиным. Местные иконы богато украшены серебряными ризами, даже лампады и подсвечники из сего же металла. В прекрасной церкви теплого собора, недавно отстроенной, заслуживают внимание некоторые из местных икон, писанные (масляными красками) Медведевым, художником, который одарен был от природы отличными способностями к живописи, но не знаком со школою оной. Пол в этой церкви мастичный, подобный находящемуся в Академии художеств. Жаль, что мало их употребляют, особенно в церквах.
В монастыре находится пять церквей. В больничной погребен епископ Костромский Самуил, живший здесь на покое. Все здания монастыря каменные, и все прекрасно устроено. Внутри есть очень хороший сад, а вне стен монастырских отличная роща и гостиница для богомольцев. С плывущих мимо судов усердствующие делают подаяния монастырю хлебом. Он имеет и свое небольшое хлебопашество для содержания братии, которой в нем находится до 70 человек.
Оставя монастырь, мы переправились на остров, против него находящийся, чтобы нарисовать вид монастыря. Место превосходное, очаровательное. Тут сама природа устроила прелестный сад с аллеями, дорожками, куртинами; яркая зелень травы, благоухание цветов, теплый летний день, ясная, тихая погода так нас восхитили, что мы неохотно расстались с этим прелестным необитаемым островком. Миновав еще многие острова, мы остановились у Каш-кина острова, довольно большого, на котором находится несколько озер и даже есть пашня.
На другой день при легком ветерке, который слабо надувал паруса на плывущих судах, от Сеземова острова мы увидели Кострому и вечером, поровнявшись с нею, остановились у противоположного берега.

Костромская губерния

среда, 9 ноября 2016 г.

Владимир Чуров является потомком костромских дворян Бартеневых

«Главный по выборам» России, глава Центризбиркома РФ Владимир Чуров – сообщил, что является потомком костромских дворян Бартеневых из Солигаличского района.
По обнаруженным костромскими архивариусами данным, предком господина Чурова был солигаличский дворянин Матвей Бартенев, который упоминается в «списке дворян за 1786 год, представленным дворянскими опеками по указу Костромского наместничества».
Как сообщает «МК» после выхода на пенсию в 2016 г, Владимир Чуров планирует вернуться на малую родину в Костромскую губернию, в Буйский уезд.

Архив блога