суббота, 28 февраля 2015 г.

Почему Сталин решил стать депутатом Костромского горсовета?

Н. Зонтиков

Шурпин Ф. С. Утро нашей Родины. 1948 год

И, наконец, пора задать вопрос: для чего Сталин решил стать депутатом Костромского горсовета? Ведь не собирался же он на самом деле участвовать в его сессиях, работать в комиссиях, принимать избирателей?
Почему же вождь самой большой страны в мире решил стать депутатом Костромского городского Совета? Ведь это, безусловно, являлось личной инициативой Сталина, так как костромскому руководству подобная идея даже не могла прийти в голову.
Костромской городской Совет депутатов трудящихся официально вёл своё происхождение от возникшего в июле 1905 года Костромского Совета рабочих депутатов, бывшего по времени основания вторым в России после пресловутого Иваново-Вознесенского Совета 190 (таким образом, если Иваново – «родина первого Совета», то Кострома может по праву считаться «родиной второго Совета»). Но не это, конечно, привлекло Сталина.
Как известно, с середины 30-х годов Сталин проводил политику, которую можно назвать постепенной дебольшевизацией и реставрацией. С этого времени было резко прекращено огульное охаивание дореволюционной России (охаивание, конечно, продолжалось, но уже не огульное). Тогда же подверглись реабилитации такие ещё совсем недавно негативные понятия, как патриотизм и патриот (теперь они звучали с добавкой слова «советский»). Был возвращён из небытия целый ряд выдающихся полководцев и государственных деятелей прошлого: Александр Невский, Дмитрий Донской, Минин, Пожарский, Суворов, Кутузов, Ушаков, Нахимов и др. А ведь ещё совсем недавно не знали, как всех этих героев русской истории погуще облить грязью и как пообидней обозвать.
Вновь стал почитаться первый русский император Пётр I, с 1917 года валявшийся вместе с другими самодержцами где-то на свалке истории. Во второй половине 30-х годов советскому народу был возвращён и костромской крестьянин Иван Сусанин. Вместе с ним вернулась и опера М. И. Глинки «Жизнь за царя», с момента революции исчезнувшая с советской сцены. 21 февраля 1939 года в Москве в Большом театре в присутствии всего высшего руководства страны состоялась премьера её новой редакции, получившей название «Иван Сусанин».
Молодая республика Советов на глазах преображалась в Сталинскую империю.
В 1935 году Сталин вернул в армии старые воинские звания (капитан, полковник, генерал, адмирал и др.). В 1943 году армии возвратили погоны (напомним, что с 1917 года они являлись одним из самых главных символов врагов Советской власти). В том же 1943-м Сталин заменил государственный гимн СССР, которым со времён революции являлся «Интернационал». Вождь утвердил новый гимн на слова С. В. Михалкова и Г. Эль- Регистана, впервые прозвучавший по радио 1 января 1944 года (а «Интернационал» остался только гимном партии, что означало, конечно, существенное понижение его статуса). В 1946 году Сталин отменил придуманное Лениным и Троцким революционное название советского правительства – Совет Народных Комиссаров. Отныне правительство СССР, как в свое время и правительство Российской империи, называлось Совет Министров. Соответственно, народные комиссары (наркомы) вновь, как и до революции, стали министрами. В том же 1946-м произошло переименование Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА), которая стала Советской армией. Наконец, в октябре 1952 года на XIX съезде партии в небытие ушло её старое название – Всесоюзная Коммунистическая партия (большевиков). Отныне партия Ленина-Сталина стала называться Коммунистической партией Советского Союза (КПСС). Так Сталин избавился и от слова «большевик». В 1943 году на встрече с церковными иерархами Сталин разрешил Русской Православной Церкви избрать Патриарха Московского и всея Руси. Со второй половины 30-х годов, после периода административно-территориальных экспериментов, вождь, по сути, проводил политику постепенного восстановления прежних губерний. Как мы помним, согласно указу Президиума Верховного Совета СССР от 13 августа 1944 года произошло образование Костромской области – то есть фактическое восстановление Костромской губернии.
Как писалось выше, 22 февраля 1953 года Сталин был избран депутатом горсоветов Москвы, Ленинграда, Киева, Минска, Таллина, Вильнюса, Кишинёва, Тбилиси, Краснодара, Челябинска и Костромы. С Моссоветом всё понятно. Ленинград – колыбель революции, второй по значению город СССР. Киев, Минск, Таллин, Вильнюс, Кишинев и Тбилиси – столицы союзных республик. Краснодар – столица большого южного края, главнейшей житнице РСФСР. Челябинск – со времён войны важнейший центр оборонной промышленности страны.
Кострома – достаточно скромный областной город РСФСР – явно выбивается из этого ряда. Почему же всё-таки Сталин решил стать – причём официально, через выборы – депутатом Костромского горсовета? Ведь с Костромой он не был связан никак и никогда здесь не бывал.
Думается, что на этот вопрос можно дать только один ответ. По-видимому, с годами Сталин всё больше ощущал свою преемственность с прежними русскими государями, жившими, как и он, в Московском Кремле. Как и все люди старшего поколения, он, конечно, знал, что Кострома – колыбель Дома Романовых. Вспомним, что в 1928 году Сталин прислал приветствие в связи с открытием памятника Ленину только в Кострому, не удостоив этим открытие памятников в других городах СССР. По-видимому, вождь первой в мире страны социализма также захотел как-то связать себя с городом на Волге. Отсюда и выдвижение его кандидатуры в Костромской горсовет.
Какие последствия имело бы депутатство Сталина в горсовете Костромы, если бы он не умер 5 марта 1953 года, а прожил ещё несколько лет, сказать трудно. Скорее всего, он так бы и остался своего рода почётным депутатом. Хотя можно предполагать, что вслед за избранием в горсовет могли последовать какие-то реальные шаги, например, посещение вождём Костромы.

Комментариев нет:

Отправка комментария

Архив блога